Справочно-информационный
портал по нумизматике


**

Семенов В.Е. "Псевдонимы Российского рубля. Плоды коллективного творчества"

Еще в начале 1759 года между «медальерными мастерами» Юдиным и Ивановым были распределены обязанности - первому поручалось резать штемпели медалей и образцовые формы для монет, второму - «быть у исправления монетных штемпелей с достальными учениками, и крайне наблюдать, дабы те монетные штемпели исправною и чистою работою вырезаны были».

Вот в этом качестве и застает двух ведущих медальеров С-Петербургского двора смена царствований, пришедшаяся на рождественские дни конца 1761 года. Уже через месяц, в конце января следующего года только что взошедшему на престол Петру Третьему представляется на утверждение оттиск рублевой формы (абдрук) с его портретом и образец нового штемпеля оборотной стороны.

Пробный рубль Петра 3, с вензелями на реверсе.

Портрет свежеиспеченному императору очень понравился - похож на любимого Фридриха, прусского короля, всегда бывшего примером для подражания. Петр тут же дает указание - как можно скорее изготовить пятьсот, а лучше тысячу рублевых монет для него лично, раздавать приближенным - пусть и они порадуются.

У него вообще все кипит. Дел - просто гора, и разбирается она вся сразу, в лихорадочной спешке. Указы, последние годы лежавшие под спудом у тяжело больной и впавшей в апатию Елизаветы, выскакивают из императорского Кабинета, как горячие блинчики со сковородки. Многие из них касаются монетного дела. Требуется удвоить количество имеющейся в государстве медной монеты, и сделать это самым выгодным для казны способом. Берем, к примеру, медную копейку с вензелем Елизаветы, кладем под пресс - и вот уже на ней красуется: «две копейки». А если положим грошевик - то четыре, а пятак - получаем сразу гривенник. Жаль, что с серебряной монетой такой фокус не пройдет. Придется уменьшить вес и пробу ненамного, чтобы в глаза не бросалось. Для этого все имеющиеся у населения серебряные монеты, выпущенные за время правлений от Петра Великого до Елизаветы Петровны, следует изъять, переплавить, и облегченные кружки запечатать новыми штемпелями. Нет, не с собственным портретом, а с теми персонами, которые были на монетах прежде.

Монетчики в растерянности - они и так перегружены работой над штемпелями для монет множества новых проектов (не говоря уже о медалях), а тут еще надо обеспечить монетный передел рабочим инструментом с персонами всех прежних императоров! Затребованная императором тысяча рублей с его собственным портретом передается в Кабинет уже через неделю после указа. Но это капля в море, а что делать дальше? Передел серебра остановлен. Казна задерживает платежи, а армия требует обещанных денег.

Рубль Петра 3, Московский монетный двор.

Только во второй половине мая 1762 года следует указ о скорейшем изготовлении монетными дворами рублевой и полтинной монеты, разрешающий ее тиснение штемпелями с портретом нового императора. При этом предписано, чтобы поступающие в переплавку монеты с портретами выпустивших их монархов строго учитывались, а после изготовления штемпелей с прежними изображениями их количество должно быть восстановлено. Но угнаться за сменой правителей медальерам не удается. В конце июня - очередной дворцовый переворот, и вот уже новое царствование.

Теперь посмотрим, какое же наследие досталось любителям рублей российских императоров после бурных перипетий короткого правления Петра Третьего. В «Корпусе русских монет» великого князя Георгия Михайловича представлены две редчайшие пробные монеты, выполненные одним штемпелем лицевой стороны и двумя оборотными. На оборотной стороне одного из них - монограмма, как у старших Петров - Первого и Второго, на обороте другого - орел предшествующего царствования, как у всех женщин-императриц. Портретный штемпель обеих монет один, и выполнен он Юдиным, о чем свидетельствует еле заметный знак СЮ в рукаве.

А имеющиеся в любительских коллекциях рубли, сохранившиеся после обращения, знаков резчиков не имеют, и делятся на две разновидности в зависимости от знака монетного двора под портретом - «московский» и «петербургский». На оборотной стороне того и другого гербовый орел, портреты, хотя и имеют некоторые отличия, очень схожи. Более существенны их отличия от портрета на пробном рубле со знаком СЮ. Это дает возможность предположить, что образцовый инструмент, использованный для изготовления рабочих штемпелей, изготовлен Тимофеем Ивановым. Посмотрим, так ли это?

Рубль Петра 3, С-Пб МД.

Вернемся к архивам. На следующий день после одобрения императором присланных ему образцов президент Берг-коллегии Иван Шлаттер рассылает столичным монетным дворам подробнейшие указания. В С-Петербурге требуется заготовить маточники для обеспечения будущего монетного передела штемпелями. Один из них нужно передать в Канцелярию для хранения, часть отослать на монетный двор в Москву, остальные использовать здесь для накопления запаса штемпелей. Монеты не печатать, но быть полностью готовыми к сроку, когда поступит распоряжение о начале передела. Дополнительно разъясняется, что рабочие штемпели должны иметь надпись «Петр III. Б. М. Император и Самодержец Всероссийский», а для оборотной стороны сохранить те же герб и надпись, какие были на монетах Елизаветы (то есть орла). Изготовление маточников и штемпелей поручается персонально Юдину и Иванову.

Все это мы видим на монетах - Юдинская форма на пробных рублях и переведенные с нее через маточник на рабочие штемпели портреты московского (1) и петербургского (2) типов. На пробном рубле рисунок очень плоский, с резко очерченным контуром. Московский портрет приобретает объем, но пока еще с ним схож. Портрет на рублях со знаком СПБ еще более выпуклый; он настолько удаляется от своего прообраза СЮ, что кажется принадлежащим другому автору.

Наблюдательный читатель может заметить, что та же трансформация происходит и с орлом на гербовой стороне. В Москве рубли не печатали уже четыре года и орла с выполненной Скоттом формы там не было. Его переводят на рабочие штемпели присланными из С-Петербурга маточниками. В сравнении с петербургским, московский орел уплощенный и выглядит грубовато - наблюдать за исправлением штемпелей в Москве Иванов не может .

Так кого же считать автором портрета на выпущенных в обращение рублях Петра Третьего? Юдин выполнил плоский контурный рисунок, которому Иванов придал объем и пластику. Форма Юдинская, но в нашем случае Ивановское вмешательство слишком велико, чтобы с ним не считаться. Может быть назвать этот вариант плодом коллективного творчества - Юдинско-Ивановским?

И еще один очень интересный вопрос. А что у нас с той тысячей рублевых монет, которые были переданы императору в начале февраля, то есть более чем за три месяца до начала массового серебряного передела? Можно ли эти монеты как-то отличить, или они растворились в общей массе обращения? Оказывается можно, если внимательно изучить документы и сопоставить их с монетным материалом.

Так вот, по поводу этой тысячи подносных рублей президент Берг-коллегии дает минцмейстеру С-Петербургского монетного двора Назару Кутузову особый указ. Их надлежит сделать с крайнем поспешанием, пониженного по сравнению с рублями Елизаветы веса и пробы, но самой чистой и искусной работы. Далее Шлаттер разъясняет, что печатать эту партию монет надо новым апробованным Его Императорским Величеством штемпелем.

Таким образом, последовательность событий, связанных с переделом серебра в монету этого короткого царствования следующая. 30 января 1762 года тридцатитрехлетний император Петр Федорович, как обычно, с восьми до одиннадцати утра слушает доклады высших государственных сановников. Встает он всегда в семь, под бой курантов Петропавловского собора, и ко времени приема докладов уже одет в желтые камзол и брюки, сапоги с заостренными носками и зеленый короткий кафтан, украшенный прусским орденом. Волосы на голове плотно приглажены, собраны с боков в две большие пукли и сильно напудрены. Самый важный вопрос дня - назначение главы личной канцелярии (тайного секретаря), а самый приятный - апробация представленных ближайшим доверенным лицом, гене-рал-прокурором Сената Александром Ивановичем Глебовым образцовых оттисков нового рубля. Один из них, абдрук, сделан с портретной формы работы Юдина, пока еще без надписи вокруг портрета, другой - со штемпеля с монограммой, какой она была у двух других ранее царствовавших тезок. Посовещавшись, император и генерал-прокурор решают, что на монетах следует сохранить то же написание титула и оставить тот же герб, какими они были в царствование Елизаветы. Вероятно, это была инициатива Глебова, поскольку переданное им от лица Петра Третьего в Сенат указание «как скоро можно до 500 или до 1000 рублей внести Его Императорскому Величеству», более похожа на уступку во исполнение пожелания Е.И.В. получить для себя хоть сколько-нибудь монет не утвержденных, но более представительных - со своей личной монограммой. Как бы то ни было, через неделю, седьмого февраля, тысяча монет, из-готовленных новым апробованным Е. И. В. штемпелем, поступают в Кабинет Е.И.В. Как уже говорилось, только в мае столичные монетные дворы начнут работать с полной нагрузкой, переделывая старые монеты в новые - с портретом Петра Третьего, но теперь уже с орлом на оборотной стороне.

Логичный вопрос - где теперь монеты из поднесенной императору тысячи? Они должны быть напечатаны рабочим штемпелем с портретом «Юдино-Ивановским», то есть более выпуклым, и иметь крестообразную монограмму на оборотной стороне.

В книге «Подделки российских монет» мы уже говорили о необычном новоделе рубля Петра Третьего (3). Коротко напомним: среди новодельных (то есть изготовленных монетным двором, но в более позднее время) рублей с монограммой императора на оборотной стороне встречаются две резко отличающиеся разновидности. Обе выполнены одной и той же штемпельной парой, но у первой (более редкой) гуртовое оформление и особенности фактуры соответствуют таким же рублям 1762 года Петра Третьего и Екатерины Второй, а у второй они характерны для новодельной чеканки первой половины XIX века. Сюда же следует добавить, что оборотный штемпель этих монет тот же, что у пробного рубля со знаком СЮ. Как могло случиться, спрашивается в книге, что в восемнадцатом веке (а это царствование Екатерины, стремящейся стереть память о свергнутом супруге) кто-то заказал монеты с портретом запретного императора?

Несложно сделать вывод, что среди рублей Петра Третьего с монограммой на оборотной стороне, отнесенных X. X. Гилем (а следом за ним А. А. Ильиным, И. И. Толстым и последующими исследователями) к новодельной чеканке, скрываются подлинные монеты из поднесенной императору тысячи. Впрочем, не так уж и скрываются - они имеют все характерные признаки монетного передела указанной на них даты. А новоделы делались теми же штемпелями в XIX веке (в 1847 году штемпели были уничтожены). Они больше и тоньше оригиналов, имеют несвойственное гуртовое оформление и широкий разброс по весу.

Посмотрим, соответствует ли это утверждение практике. Среди находящихся в коллекционном обороте «новоделов», выполненных этой штемпельной парой, рубли с особенностями, характерными для продукции С-Петербургского монетного двора начала второй половины XVIII века более редки. Их «встречаемость» коллекционерами вполне соответствует указанному в документах тысячному «тиражу». Штемпель оборотной стороны тот же, что у пробного рубля СЮ с монограммой, а лицевой, несомненно, выполнен с той же формы, что и выпущенные в обращение «петербургские» рубли. Следовательно, сами штемпели изготовлены в 1762 году. Вес и проба доступных для исследования экземпляров соответствуют нормативным. И это особенно важно, поскольку поздние новоделы такими характеристиками не обладают.




Другие статьи В.Е. Семенова: