Справочно-информационный
портал по нумизматике


Российские монеты 18 века, отчеканенные в печатном кольце

В.В. Уздеников "Монеты России XVIII  - начала XX  века. Очерки по нумизматике", 2004 г.

Массовая чеканка монет в гладком неразъемном печатном кольце, начавшаяся в России в 1807 году, имела свою предысторию: в XVIII веке таким способом были отчеканены три группы российских монет. Это были рубли и полтины, датированные 1703 и 1704 годами, пробные медные монеты 1796 года 32-рублевой монетной стопы достоинством в 10 и 5 копеек и, наконец, ефимки 1798 года.

Особенности чеканки пробных серебряных монет 1798 года с обозначением номинала "ефимок" были уже рассмотрены ранее (см. очерк "Минцмейстер Осип Мейджер"). По всей видимости, эти монеты были отчеканены в Англии на прессе конструкции Болтона-Дро, причем чеканка эта была выполнена, скорее всего, по заказу российского правительства; во всяком случае, исполнителям были сообщены основные параметры этих монет (весовая норма и проба серебра), а также необходимые элементы их внешнего оформления.

В отношении пробных медных монет 1796 года также имеется достаточно оснований утверждать, что и они были отчеканены в Англии на прессе Болтона-Дро с использованием печатного кольца, однако на этот раз чеканка была выполнена, видимо, по инициативе самих исполнителей. Штемпели монет 1796 года, как и штемпели ефимков 1798 года, были, несомненно, изготовлены по месту чеканки, но если штемпели ефимков выглядят вполне "по-русски", то оформление штемпелей медных монет 1796 года явно свидетельствует об их иностранном происхождении и об отсутствии согласования этого оформления с российскими представителями.

Прежде всего, на это указывает рисунок короны над вензелем Екатерины II: вместо императорской короны на этих монетах изображена корона совершенно особой формы, что для общегосударственных российских монет конца XVIII века было недопустимо. Другой признак иноземного происхождения этих штемпелей - римская цифра "I" (вместо арабской) в обозначении номинала на десятикопеечниках и в обозначении даты на всех монетах; такое написание единицы встречается только на фальшивых пятаках Екатерины II шведской чеканки (рис. 17). И, наконец, не может быть случайным совпадением тот факт, что при чеканке первой разновидности ефимка и медных пятаков 1796 года было использовано одно и то же печатное кольцо диаметром около 1,6 дюйма.

В печатном кольце были отчеканены еще две российские серебряные монеты - рубль и полтина, входящие в особую группу монет, датированных 1703 и 1707 годами. Составляющие эту группу четыре монеты имеют следующие особенности, принципиально отличающие их от соответствующих монет массового выпуска:

- портреты царя Петра Алексеевича, помещенные на аверсе монет особой группы, скопированы с портретов, имевшихся на соответствующих монетах массового выпуска;

- гербовые орлы, помещенные на реверсе монет особой группы, имеют специфический рисунок, тогда как на монетах массового выпуска такие орлы в 1703-м и последующих годах не встречаются;

- рубли и полтины отчеканены, как уже говорилось, в печатном кольце, хотя остальные монеты особой группы -полтины и полуполтинники - отчеканены без этого приспособления.

То, что портреты царя на монетах особой группы были скопированы, особенно заметно на рублевой монете: портрет на ней заметно отличается от портрета работы Федора Алексеева на рублях массового выпуска, хотя именно этот портрет несомненно был использован в качестве образца; кроме того, скопированный портрет на рубле имеет очень высокий, почти медальный, рельеф. И для других монет особой группы портреты царя были скопированы с портретов на соответствующих монетах массового выпуска, хотя и более удачно.

Орел на реверсе всех четырех монет особой группы, будучи по существу российским гербовым орлом, в то же время в отдельных деталях имеет несомненное сходство с орлами, изображавшимися на монетах некоторых западноевропейских государств. Особенно наглядно это проявилось в изображении орлиных лап. Если у обычного российского гербового орла лапы плотно держат скипетр и державу всеми четырьмя пальцами, то у орлов на монетах особой группы только три пальца каждой лапы, обращенные когтями вверх, обозначают удержание скипетра и державы, а противостоящий им четвертый палец отставлен далеко в сторону, обращен когтем вниз и вообще предмета, удерживаемого в лапе, не касается. Такое необычное изображение орлиных лап могло появиться лишь в том случае, если гравер-иностранец переделывал на российский лад привычного для него западноевропейского гербового орла, у которого лапы с широко растопыренными пальцами (когтями вниз) ничего не держат. В результате такой переделки иностранный орел, прежде всего, стал двуглавым, а, чтобы обозначить удержание в его лапах скипетра и державы, три пальца на каждой лапе были неестественно вывернуты и оказались когтями вверх. И еще одна деталь, присущая зарубежным гербовым орлам, изображена на рассматриваемом орле: это язык, высунутый из раскрытого клюва; на обычных российских гербовых орлах такая деталь в 1703-1705 годах отсутствует.

Необходимо отметить, что орел, очень похожий на орла монет особой группы, изображен на полтинах 1701 года, отчеканенных на Московском монетном дворе штемпелями работы французского гравера Соломона Гуэна. Однако "гуэновский" орел хотя и тремя пальцами, но очень плотно держит скипетр и державу.

Что касается чеканки рублей и части полтин особой группы в печатном кольце, то факт такой чеканки сомнений не вызывает, поскольку эти монеты отличаются не только правильной цилиндрической поверхностью гурта, но и наличием у них облоя - заусенца на кромке монеты, образовавшегося в процессе чеканки вследствие выдавливания металла монеты в зазор между штемпелем и печатным кольцом.

Практически на всех экземплярах рублей и полтин, отчеканенных в печатном кольце, наблюдаются весьма характерные производственные дефекты: наличие на их аверсе или реверсе фрагментов оформления, не имеющих никакого отношения к оформлению данной монеты, и деформация (а иногда и растрескивание) монетного кружка. Первый дефект свидетельствует о том, что эти монеты изготавливались перечеканкой талеров и полуталеров: фрагменты их оформления, не уничтоженные оттиском новых штемпелей, просматриваются на вновь изготовленных монетах, причем эти остаточные следы обнаруживаются с трудом и не позволяют определить, какие именно талеры и полуталеры были перечеканены. Такое, достаточно высокое качество перечеканки, как и большой размер облоя, скорее всего, были следствием значительного увеличения нагрузки на штемпели.

Об этом же свидетельствуют и повреждения, наблюдаемые на монетах, отчеканенных в печатном кольце. Дело в том, что из-за отсутствия необходимого технического оснащения такие монеты, видимо, извлекались в те годы из печатного кольца простейшим способом - с помощью молотка и выколотки. При сильном заклинивании монеты в печатном кольце такой способ вполне мог вызвать повреждение монеты, а заклинивание, естественно, возникало при чрезмерном давлении штемпелей на монету (теперь извлечение отчеканенной монеты из печатного кольца осуществляется нажатием на монету нижнего штемпеля при опускании шиберного стола).

Где же могли быть отчеканены монеты особой группы? Прежде всего, штемпели для их чеканки вряд ли были изготовлены в России: зачем тогда надо было копировать уже имевшиеся портретные штемпели и создавать особый, переделанный из иностранного, рисунок гербового орла? Сделать их заново пришлось потому, что конструкция тех штемпелей, использовавшихся для массовой чеканки, не обеспечивала их сопряжения с печатным кольцом. Что же касается изготовления самих монет, то о чеканке их в печатном кольце на одном из московских монетных дворов в начале XVIII века не могло быть и речи: в то время в России еще только шел процесс становления машинного монетного производства, и при чеканке монет еще использовалось такое примитивное оборудование, как "молотовый снаряд". Поэтому можно уверенно считать, что все монеты особой группы, а также штемпели для их чеканки были изготовлены на одном из западноевропейских монетных дворов по заказу российских монетчиков.

Выполнение этого заказа должно было начаться не раньше 1704 года, поскольку дата, проставленная на полтинах и полуполтинниках особой группы (1703 год), видимо, не соответствует действительному времени их чеканки, и вот почему. Во-первых, даты на всех рассматриваемых монетах, обозначенные буквами славянского алфавита, скорее всего, были просто добросовестно скопированы с монет, переданных российской стороной исполнителям заказа в качестве образцов, причем граверы-иностранцы, резавшие штемпели, могли вообще не знать, что именно эти славянские буквы обозначают. А во-вторых, нет никаких оснований считать, что монеты особой группы могли быть отчеканены не одновременно, а по мере поступления образцов, растянувшегося почему-то на два года. Поэтому будет наиболее правильным считать, что монеты-образцы хотя и были отчеканены в разное время, но к исполнителям заказа поступили одновременно, а время изготовления всех монет особой группы следует определять, ориентируясь на монету с наиболее поздней датой, то есть на рубль 1704 года: раньше этого года не могла начаться даже первая стадия всей операции (изготовление штемпелей).

Монеты особой группы всегда считались весьма редкими, а значит, они были отчеканены в очень небольшом количестве экземпляров с какой-то вполне определенной целью. И действительно, если бы это был просто заказ на чеканку за рубежом партии российских монет (что в дальнейшем будет иметь место неоднократно), то в этом случае иностранный монетный двор не мог допустить поставку заказчику явно бракованной продукции и не стал бы прибегать к перечеканке талеров. А между тем именно перечеканка послужила, по всей видимости, основной причиной изготовления монет особой группы.

Как известно, в 1704 году в России не только начался массовый выпуск серебряных рублевых монет, но и стала впервые применяться при изготовлении рублей и полтин перечеканка западноевропейских талеров и полуталеров. Такой способ изготовления монет был чрезвычайно выгоден для казны, однако полученные в результате перечеканки монеты почти всегда имели существенный дефект - остаточные следы от перечеканенной монеты. Поскольку царь постоянно заботился о достойном внешнем виде российских монет, использовать все выгоды перечеканки можно было в те годы только после устранения указанного выше дефекта. В связи с этим и было, видимо, решено обратиться за помощью к зарубежным монетчикам, воспользоваться их знаниями и многолетним опытом работы, так как ни того, ни другого у московских монетных дворов тогда еще не было, да и производственная база у них, как уже говорилось, была крайне слаба.

Что же смогли предложить иностранные специалисты для уничтожения следов от перечеканенной монеты?

Как мы видели, при изготовлении перечеканкой монет особой группы были применены два новшества: была существенно увеличена нагрузка на штемпели, а чтобы монета при этом не была "раздавлена", ее поместили в печатное кольцо. Однако в результате всего этого получилось, что следы от перечеканенной монеты хотя и слабые, но все же остались, а сама монета при извлечении ее из печатного кольца получала заметные повреждения. Кроме того, большая нагрузка на штемпели, несмотря на небольшое количество отчеканенных монет, вызывала преждевременное разрушение штемпелей, и свидетельство тому - изготовление дубликатов некоторых из них. Действительно, полтины, представленные на рис. 3 и 4 , без видимой необходимости отчеканены двумя разными комплектами штемпелей, не имеющих никаких принципиальных различий. И для чеканки трех известных разновидностей рубля были использованы два штемпеля аверса и два штемпеля реверса, причем попарно эти штемпели различаются между собой лишь незначительными деталями оформления; к тому же на аверсе некоторых экземпляров рубля хорошо виден след от частичного разрушения рабочей поверхности штемпеля. Два очень мало различающихся штемпеля аверса были использованы и при чеканке двух известных разновидностей полуполтинника.

Таким образом, обращение к зарубежным монетчикам в надежде получить от них дельные рекомендации на этот раз успеха не принесло. Но и поступиться престижем государства, продолжая выпускать недоброкачественные монеты ради материальной выгоды, которую обеспечивала перечеканка, российское руководство не посчитало возможным. Поэтому, ознакомившись с результатами экспериментов зарубежных коллег, московские монетные дворы (Красный и Кадашевский) перечеканку талеров и полуталеров в рубли и полтины после 1705 года полностью прекратили.

Факт обращения за рекомендациями к зарубежным монетчикам подтверждается в настоящее время лишь существованием монет особой группы, а каких-либо письменных сведений, относящихся к этому событию, еще не обнаружено. Вследствие этого некоторые обстоятельства чеканки интересующих нас монет пока не могут быть объяснены: например, зачем нужно было чеканить часть полтин без использования печатного кольца или чеканить полуполтинники, которые вообще не изготовлялись перечеканкой?

Итак, все российские монеты, отчеканенные в XVIII веке с использованием печатного кольца, а также штемпелем для чеканки этих монет, были изготовлены на зарубежных монетных дворах. Что же касается медных "сестрорецких" рублей, имеющих выпуклую гуртовую надпись, то в разъемном (из трех частей) печатном кольце чеканились только новодельные экземпляры этих монет (датированные 1771 годом, но изготовленные в XIX веке), а известные в настоящее время подлинные экземпляры 1770 года чеканились, скорее всего, без печатного кольца и гуртались обычным способом - прокаткой монетного кружка между гуртильными верейками.


**


Другие статьи В.В. Узденникова: